povsednevno: (jane)
мне хотелось бы чаще принимать решения в соответствии с тем, как я себя чувствую в середине пробежки, где-то в районе развилки у моста; люблю моменты, когда я по-настоящему действую в своих интересах и хотела бы, чтобы этих моментов было больше.
povsednevno: (знание сила)
вот еще
вот разговариваешь с человеком, который по образованию, скажем, экономист (а разговариваете вы, заметим, о новых профессиях в инженерной сфере)
при этом ты держишь в голове, что вот этот вот чувак бродского и битников знает получше тебя и может цитировать с любого места
но не кичится этим и не сует это всем под нос, а занимается вовсе даже экономикой и инженерами
в отличие от, филолог, тебя
и каждый раз хочется возопить: ну почему он не может тупо заниматься своей скучной экономикой, а поэзию оставить мне? ведь я же специально училась ее любить целых ажно пять лет
но по правде говоря, все не так
в 17 ты шел на филфак, потому что любил почитать
в 25 ты выясняешь две вещи, обе неприятные
первая – что любовь к литературе (как и любовь к человеку, впрочем) является плоховатым поводом для принятия жизненных решений. говоря метафорически, обнаруживаешь себя в роли человека, который две недели в году любит поплескаться в море и поэтому зачем-то записался в бассейн олимпийской сборной по стилю баттерфляй и предсказуемо офигел
вторая неприятная вещь состоит в том, что люди, не обладающие специальным образованием тм, любят литературу ничуть не хуже тебя. потому что для наслаждения текстом достаточно просто быть человеком. а специальные знания, полученные в ходе специального образования, нужны тебе вот зачем: низачем. да и забыл ты все уже к чертям собачьим, пытаясь перебиться корпоративной редактурой и причитая на тему "филолог никому не нужен". кстати, интересный факт: филологов, хорошо работающих филологами, исчезающе мало. филологов, плохо работающих в разных других областях и портящих имидж профессии, чересчур много.
что имеем в результате. по прошествии 10 лет со времен счастливого десятого класса, где ты разъезжал по конференциям и брал на них места, потому что умел работать с литературным текстом, ты сидишь и злишься, что кто-то лучше тебя любит твоего любимого поэта (а то как будто у тебя монополия была на него, с дипломчиком-то), а тебе в ответ и блеснуть-то нечем, поскольку вместо самоуглубления, работы и напряжения мозгов последние пару лет ты таращился в сериалы и перемежал их вконтактиком.
кода.
тупить плохо. поэзия хорошо. а лучше всего осознанность и гибкость ума.
povsednevno: (blondie)
а вообще, ну что сказать
по какой-то причине с год назад я перестала говорить правду
побоялась, постеснялась, решила ужаться, поберечься и поберечь, подумала, что если махнуть рукой, то ничего страшного не будет
в результате год спустя я в глубокой жопе
не делайте так, дети, никогда
в частности, потому, что теперь, когда я хочу поговорить с кем-то начистоту, мне не с кем поговорить
отсюда и ощущение немоты, неточное на самом деле
дело не в немоте, а в том, что кое-какую дверку решено было закрыть, а теперь хочется открыть ее обратно, хотя более неподходящего момента для этого невозможно выдумать
но может быть, и открывать-то уже нечего, потому что все, может быть, действительно стало другим.
povsednevno: (одиссея)
себя как будто нет. как только устраняешь единственную причину проблем — физическое нездоровье — оказываешься в краю, где придраться, в общем-то, не к чему. у меня не только огромный запас любви, еды и ээ прикаянности, но и ощущение того, что если все это заберут, я не закончусь. не знаю, как я буду вспоминать нынешнее время; все настолько естественно и по течению, что кажется абсолютно прозрачным. who i am, gamling? how did i come to this?
povsednevno: (полежать под кайфом)
а сказка такая: малыш и карлсон мценского уезда. маленький толстенький очкарик (не такой уж маленький и не такой уж толстенький, если по чесноку, но просто такой классический повествователь от первого лица) живет в чулане и дружит только с книгами и героями фильмов (только не говори, что макс линдер гениальнее чарли чаплина!), и вдруг его подбирает волшебная фея: карлсон, пеппидлинныйчулок, питер пэн, в тысячу раз лучше всех тех ребят, которые не играют с ним в школе и пинают его портфель. и вот они дружат, и все прекрасно, хотя малыш частенько задается вопросом, за что ему такое счастье. но в некоторый момент эта пеппи и этот карлсон начинает прищуриваться и пропагандировать свободу. типа, да что ж ты сидишь тут в чулане, когда кругом целый прекрасный мир! и тогда-то в голове читателя (и малыша) начинает звенеть звоночек. потому что очень быстро призыв к раскрепощению превращается в призыв к уничтожению. выходи кидать булыжники на улицу, будь свободен! уничтожь все, что ты строил столько лет, будь свободен! шива пляшет, а наш малыш только и может, что поднимать бровь, потому что когда звонит звоночек, благоразумнее слезть со сцены и уйти из кадра (правда же, тео, мы - это навсегда? да правда, конечно, кому вы еще нужны). потому что нет никакой свободы на самом деле, если тебе говорят разрушать то, что не ими строено. а есть только равнодушие.

развивая тему в одну сторону: никакая культура не может быть построена путем уничтожения. в общем-то только культура и оправдывает строительство (и еще акмеизм его оправдывает, круг утвари вместо круга вещей, ойкумена и appropriation du monde habité), но этого более чем достаточно.

развивая тему в другую сторону: шиве-то можно плясать, только почему какие-то другие ребята так резво и готовно берут на себя его функции? кто тебя строил, кто разрушил. и очень мало в людях смирения. я понимаю, если ты молод, красив, умен, удачлив и у твоих родителей есть деньги, то совершенно никакого повода упражняться в смирении, а общаюсь я в последнее время именно с такими ребятами. но почему-то частенько мне хочется, чтобы их что-нибудь сильно ударило по голове. и посмотеть, кто выпадет из этой матрешки из юникло, молескина и диплома вышки. извините, ребят.
povsednevno: (знание сила)
спустя десять лет после поступления в гуманитарный класс я пришла к непреодолимому желанию расстаться с наукой. думаю, моя академическая карьера окончится в июне с получением магистерского диплома. ничего, в общем-то, страшного нет, но все равно я мысленно смотрю на все свои тома лотмана, леви-стросса и прочего бурдье с некоторой смесью печали и вины. ничего, ребята, я вас все равно люблю!

это решение освобождает меня от необходимости до декабря разослать пачку lettres de motivation в различные места, которые потенциально могли бы спонсировать мою жизнь в ближайшие три года. это тоже скорее хорошо, тк сил моих нет исхитряться и придумывать себе новые объекты исследований. с другой стороны, во весь рост встает вопрос дальнейших перспектив.

чего тебе хочется, душечка? - спрашиваю я себя. дом с окнами на море, в кабинете - удобный стол и книжные шкафы до потолка, красивые платья, желательно собственный выезд. спальня с белыми стенами на втором этаже, семейные визиты, пироги по воскресеньям. поездки к друзьям в отдаленные уголки мира. нет-нет, дурочка, а делать-то тебе что хочется? - уже раздраженно переспрашиваю я. сидеть в кабинете, читать какую-нибудь философскую антропологию, пить вино? отличная жизненная стратегия, если предположить, что тебе шестьдесят. а пока еще охота встряхнуть этот старый скучный мир.

ужасно надоели игры в степени, звездочки на фюзеляже и прочие понты (кто бы мог подумать). хочется заняться чем-нибудь настоящим. но не заведением детей, потому что больше двух за раз (зараз) все равно не заведешь, а посвятить свою жизнь только двум людям - это какая-то теория малых дел, которой я совершенно не придерживаюсь и придерживаться не планирую. не знаете, может, отправляется какая-нибудь экспедиция на венеру, скажем, в следующем сентябре? хочется развернуться.

ps i'm serious.
povsednevno: (одиссея)
поиски себя, которые мы ведем со времен подросткового возраста, при успешном развитии событий в конце концов заводят туда, где ты одинок. настолько похож сам на себя, что больше ни на кого, и ни с кем общего языка. вместе с тем, для окружающих ты такой же фон и материал, как и любой другой, такая же деталь пейзажа, который редко кто выбирает. а если и выбирает, то по принципу меньшего зла. мы живем не так, как хотели бы, а так, как приемлемо. не в шале на вершине горы, а так, на ленинском проспекте. скажи спасибо, что не марьино. а все потому, что не хватает смелости, и дерзости, и злости - почти ни у кого - не ходить на компромиссы. нас ведь учили, что разумный человек познается через количество компромиссов, на которые он способен пойти. ведь худой мир лучше доброй ссоры. ведь что-то лучше, чем ничего. так вот - не лучше.

почему не лучше? потому что мерилом на самом деле является не договороспособность, а смерть. когда ты, согласившийся надеть теплую куртку, потому что иначе мама расстроится, и в кедиках converse, а то хипстота засмеет, будешь умирать на снегу среди ультрамодного парка горького, глинтвейн, каток и огоньки - какая там будет разница, что на тебе за куртка. кому бы ты ни хотел нравиться и угождать, со смертью не договоришься. и в конце обнаружится, что умирать будет вовсе не твой аватар, заботливо поддерживаемый на протяжении жизни. и не симпатии или антипатии других людей, не удосужившихся даже придумать для тебя отдельное имя ("под этой буквой их около семи, угадайте, о ком сейчас идет речь?"). а ты сам. из этого и следует исходить.

подлаживайся или нет под социальные/символические/любые игры, в которых для тебя давно нет места, говори себе, что это лучшие люди из тех, кого ты знаешь, но только будь любезен имей в виду, что более важная часть фразы - вторая. "из тех, кого ты знаешь". меньшее зло.
давай, расскажи им, что у тебя на душе, то-то мы все посмеемся.

и еще люблю я дела свои
обсуждать лишь с собой
и люблю как звенит
луч на хо́рах сосновых и запах хвои
в полдень
в тридцать два года
лицом в зенит.

©
povsednevno: (даже не знааю)
поскольку я тот человек, которой систематически не способен ни с кем связаться при помощи средств связи, а также который проработал сегодня совершенно честно с 8.45 до 0.30 (за вычетом дороги), то я могла бы испытывать, не знаю, грусть и печаль.

но я испытываю чувство сна.

я смотрю кругом и все кристально прозрачное. и звуков почти нет. даже то, что является - на поверхности восприятия - звуками, на самом деле ими не является. все является цветами и картинами, как во сне, где даже разговоры передают текстом на более глубоком уровне сознания, а звуков нет. где все как вырезанное из бумаги.

поэтому - потому, что все не то, чем кажется, а на целый пласт ниже и глубже - я сегодня испытала переживание из четырнадцатого века. шла себе по дмитровке, с картонным стаканчиком кофе в руке, кругом ничего особенно не видать - солнце в глаза, машины, толкотня, столбы, афиши, все это обычное и привычное, к чему не присматриваешься, и все более-менее серо-голубое. а потом вдруг поперек моего пути - они. в пылающе-алых кафтанах. на трехметровых ходулях с серебряными копытцами внизу. в масках, красных и белых, в огромных шляпах и рогатых головных уборах из тряпья и бус, с сачками, с лентами, с тростями, человек шесть или восемь, мужчин и женщин, - они вежливо перешли дмитровку по пешеходному переходу и ушли вниз по кузнецкому мосту, и все сияло как никогда. и больше всего мне хотелось - собственно, это была единственная моя мысль, мое чувство и мое желание, которое ощущалось с первой же секунды абсолютно четко, безошибочно и несомненно - убежать с цирком. я хочу убежать с цирком, цирк, заберите меня с собой, наконец-то я поняла, что это значит на самом деле.

да, и все это без единого звука.

кто-то, кажется, подходил к ним, заговаривал, спрашивал о чем-то, снимал видео, да и мне хотелось тоже заговорить - но было совершенно понятно, что это принципиально невозможно, что даже если откроешь рот, то не сможешь проронить ни слова, что звук во всем мире просто выключен. есть только свет и цвет, и холод, и блеск, и серебряные копытца.

а потом, часов семь спустя, я закончила все дела на сегодня и позволила себе включить музыку. но все кристально, и звуков нет, а есть только душа как язык пламени в ночи. степной костер у кибитки цирка, глубокой ночью, одинокий язык пламени, который рвется на ветру, но остается на прежнем месте. лепесток, лоскуток, танцовщица, вырезанная из бумаги.

povsednevno: (полежать под кайфом)


стоит упороться и на денек выпасть из социальных отношений и обязанностей, как совершенно перестаешь понимать, зачем они были вообще. ну, вот за этим и были - чтобы не терять их. больше социальности богу социальности, замкнутый круг ради самого себя. а параллельной плоскостью идет то, что якобы более честное, а на самом деле просто хаос. (почему я так много об этом думаю).
вообще мне кажется, что дионисийские дни определенно должны быть в году, но так же верно, что они не должны поглощать все время. красный брат не должен окончательно побеждать белого, поскольку белизна выше красноты. поток сознания какой-то. ну ладно, хотя бы треть года проводить под землей, как делает это растерзанный сын и осирис, пока изида ищет его над бесприютными водами, но не все же время! но проблема в том, что тот, кто упал вниз, во-первых, не может оттуда выйти по собственной воле, а во-вторых в обмен на утраченный рассудок обретает второй пласт ясности сознания, нечто вроде автопилота, настроенного на избегание опасности и поддержание существования, как внутренний доган у обезумевшей сюзанны, вынашивающей мордреда. и поскольку он обеспечивает жизнедеятельность, этот автопилот очень сука зоркий и отлично отдает себе (тебе) отчет в том, что на самом деле происходит. без гнева и пристрастия. никакой жалости ни к людям, ни к себе, никаких поблажек, скидок, оправданий, компромиссов, никакого гуманизма, либерализма и человеколюбия - потому что мир все-таки не вокруг человека построен, что бы там себе ни думали члены партии "единая апперцепция". человек не мерило всего, и помимо него есть законы более общие, и понимание связей и закономерностей - не настолько часто встречающаяся вещь, чтобы ею пренебрегать. а то что ты при этом ведешь себя как бесноватый - это просто необходимая плата за правильное понимание вещей, от которого так жаль отказываться.
как, как выходить из багрового хаоса на свет, и, главное, зачем.
povsednevno: (fuck off)
достижение дня: убрала из машины окно, пролежавшее последний месяц на заднем сиденье, над задним сиденьем, вдоль заднего сиденья во всех направлениях и немножко под ногами потенциальных (хахаха) пассажиров заднего сиденья. теперь могу катать всех, а не только любителей прогуляться босиком по битому стеклу. хотя для них определенно найдется парочка осколков в глубине кресла, если хорошо поискать.
вчера вечером выбирала, пойти на поэтический вечер "12" или на презентацию нового альбома антона восьмого (ex. 8 tripping horses). в силу традиции выбрала поэзию. вывод: к черту традиции! афиша мероприятия заявляла, что участники призваны составить "лирическую оборону от лжи, хамства и еще какой-то херни". никогда не верь афишам, читатель. если это лучшее, что можно было наскрести по сусекам, то хамство и херня будут править нами вечно. если мыслить не так категорично, то - рубинштейн, кибиров, горалик, сваровский, воденников; кто бы сомневался. некоторых из остальных хотелось убить на месте; остальных из остальных - просто выгнать. аудиторию тоже хотелось выгнать (некоторых убить). почему, когда много модных девочек и мальчиков в узких штанах собираются в одном месте, это место становится таким неприятным?
кстати о поэзии. внезапно понравился пастернак. это ужасает (потому что он как трава). утешаюсь только тем, что и это пройдет. возможна ли поэзия травы? нет, принципиально невозможна. удивительно, почему от него такое чувство, что он в сути своей антипоэтичен. может, я ошибаюсь? не хочу расставаться с поэзией, а вдвойне смешней было бы отойти от нее через нее же саму. дурацкий пастернак, ну почему ты такой крутой.
сегодня: вместо 8 часов французского выпросила себе 5, остальное время ела сгущенку и подметала машину, и раскрашивала, и соединяла рисунки по точкам, и шила красной ниткой. anyways, мне кажется, выходной должен выглядеть как-то иначе. нужно написать четыре или пять научных текстов, один из них можно по-русски. все сроки сгорели, пепел их стучится в мое сердце.
в целом посещает сильное чувство бессмысленности всего. особенно расстраивают люди, которые в массе своей похожи на песок, если любовь при этом сравнить с водой. с некоторой брезгливой ленцой думаю о том, что когда, через несколько лет, вослед разочарованию в людях придет разочарование в работе (во всей широте смыслов этого слова), останется только безудержное (само)разрушение, поскольку созидать пустоту на пустоте как-то поднадоело. не так ли, о сиддхартха? все пустота. ом.

ps. мне кажется, что у меня в кровати битое стекло.
povsednevno: (даже не знааю)
смотрю чудовищные сцены извинений шерлока, со всеми этими i dont have friends ive just got one, с этими i made coffee, и прям чувствую, как меня разрывает на тысячу маленьких медвежат. здорово, конечно, покупаться на такие штуки, когда ты обиженная телка и хочешь цветов и танцев вокруг себя, чтобы потом милостиво сказать "ну ладно" и вернуться в полной уверенности своей неотразимости. но сказано же прямым текстом, что you may not be the most luminous of people. и все дальнейшее спотыкается об это not the most. что бы там дальше ни шло, мне это непонятно и никогда не достигнет моих ушей. эти оправдания, которые после "но". first is first, second is nowhere, как говорит один мой добрый друг, который по накурке придерживается гораздо менее радикальных взглядов. кстати о друзьях, кто-нибудь знает, что в детстве мы с одной моей подругой играли в это? холмсом была я, как attention-addict, а она смотрела на меня с пониманием (как мне теперь кажется - и кажется, что тогда тоже казалось) и честно была ватсоном. вместе подбирали на пианинке заглавную тему из Приключений Шерлока Холмса и Доктора Ватсона (обе ходили в музыкальную школу), письма друг другу писали шифрованные, запечатывали конверты воском и подкладывали на перемене друг другу за пенал. у меня еще было кольцо игрушечное с печаткой, вот им тоже запечатывали (хотя идея запечатывания совершенно терялась). потом она умерла, а у меня так и осталось дурацкое чувство, что я самозванец и не я единственная об этом знаю.

povsednevno: (знание сила)
недель на пять-семь не получилось, но одну-то я протянула? ох, боюсь что нет. ну и ладно.

пользуясь случаем - а именно тем, что я не валюсь с ног - разовью заданную парой постов ниже тему о том, почему некоторые люди (например, я) все время говорят о себе, не гнушаясь самыми неожиданными, постыдными и незначительными подробностями. зайду издалека.

перед ответственным разговором о судьбах серебряного века, запланированным на день знаний, стала перечитывать вот его:



и вот пока я его читаю, я думаю о том, что у него описана причина, по которой события и люди 2008-2010 гг., даже самые для меня неприятные, воспринимаются все-таки как заколдованный анклав, где все было как надо.
это был просто локальный серебряный век, единственное настоящее событие в литературе и культуре на последующее столетие.
постоянное взаимопроникновение жизни и творчества, ассоциирование себя с собственными персонажами, которые одновременно были персонажами мифов, создание новой мифологии на базе личного опыта, перенесение отношений из стихов на реальную жизнь и обратно по пять раз на дню, абсолютный эклектизм в смысле начитанности и сильный эмоциональный накал, любовь-кровь-и-риторика - и еще хорошо, что не случилось никакой надежды львовой мценского уезда. но, что бы там ни было - ценность прикосновения к чему-то невыдуманному многократно покрывает боль и обиды. и вспоминаешь как о весне.

небось, юлиан, больше никогда и не повторится на земле эта свобода и чистота и радость жизни, никогда. и так все и будут, как блок и белый, в 1916 году мучиться из-за событий 1906-го.
потому что время вообще не движется.
зенит мистического брака, момент, когда звук трубы поддерживает все мироздание, длится вечно. это четверг, ибо что еще может быть кроме него. и нечего удивляться, что после такого опыта все остальное вообще не производит впечатления жизни, сколько бы там лет ни прошло по их бездарному человеческому календарю.

(нина петровская говорила, что умерла в 1905-м. на самом деле, т.е. физически - в 1928-м. 23 года жизни в ощущении собственной смерти).

в свете вышесказанного воспринимать себя как персонажа совершенно нормально. и в этом же причина интереса к себе - интереса гораздо более литературного, нежели личного.
непонятно только, почему было с такими склонностями не родиться в 1889-м.
povsednevno: (serenity)
ну, не сказать я не могу, поэтому я наболтаю по бокам от основной темы, а ее постараюсь поберечь, все-таки не каждый день такое.
малозначительные подробности чего угодно )
povsednevno: (утро лысой девочки)
лучший роман гессе из прочитанных мной by now называется "нарцисс и златоуст". там, в частности, один из главных героев, аскет и монах, пытается втолковать своему лучшему другу, беспутному и распутному художнику, что только он один (художник) открыл для монаха область сердца и что быть человеком и испытывать на своей шкуре радости и горести мира - лучше, чем жить, будучи полностью погруженным в мир духа.
это место мне решительно непонятно.
причина, по которой дух вообще, ever, как бы то ни было, может оказаться ниже плоти, пусть хтонической и огромной, пусть объединяющей в себе рождение и смерть, насколько угодно земной - такой причины для меня вообще не существует. разве что необъяснимая господня шутка.
в этом же - причина, по которой мне непонятно, почему и как более крутые могут дружить с менее крутыми. например, мои друзья - со мной. во мне очень мало духа, много плоти (в некоторых местах даже слишком много). о, если б этот плотный сгусток мяса растаял, сгинул, изошел росой! но себя не переделаешь.

а на самом деле этот пост я собиралась посвятить людям, которые, неожиданно возникая (возникая, прячась), показывают мне, как многого я еще не достигла, как далеко еще можно уйти по моим же дорогам - в области аскезы и духа, в основном, но все-таки в моей половине мира. как много бесстрашия в том, что я всегда тоже считала бесстрашием, а потом вдруг перестала (из глупой гордости по большей части). сколько правды в моей же собственной правде, от которой я, не найдя быстрого обезболивания и беспечного веселья, почему-то решила отходить - и испытала от этого вовсе не так много счастья, как обещали в рекламе. какая я еще на самом деле бестолковая и маленькая, как еще всего дофига, - и поэтому отчаиваться рано.
имен не назову.

povsednevno: (даже не знааю)
начинается гроза, и самое время пойти спать. возможно, я увижу во сне что-нибудь удивительное. теперь часто что-то снится, бывает, что кадры - руки в коротких, тонко выделанных кожаных перчатках белого цвета, огромный подъемник в лесистых горах, отдельные слова (слово "парус").

постоянное чувство усталости, а также того, что внутри кипит молоко и я пытаюсь им с кем-то поделиться, но получается слить только пену, а основные объемы остаются внутри. и от того, что я это горячее молоко заливаю в уши своим друзьям, а его даже не становится меньше, мне только хуже. конечно, по пьяни-то кажется, что все тебе рады и что приятно порой облегчить душу, но наутро чаще всего хочется нажать кнопочку undo, даже если не говорил ничего позорного. позорным кажется просто открывать рот. вообще, кризис доверия приобрел форму паранойи. мне от этого как-то не по себе, поскольку, будучи личностью шизофренического типа, я уже полностью обеспечена сдвигами по фазе, и добавлять к шизофрении еще и паранойю считаю буржуазным перебором.

по причине всего вышеперечисленного наступившую неделю собираюсь посвятить социопатии и самоуничтожению. для достижения этих целей планирую держать мозг в пугающей трезвости, а сердце - в броне. думаю, у меня должно получиться.

всем пока. и на всякий случай берегитесь.
povsednevno: (фрэн)
градус психодела в жизни возрастает с каждым днем. кой-чего не хватает с каждым днем все ощутимей.

povsednevno: (одиссея)
жалко, что нельзя сохраниться и стать модным бессмысленным эффективным менеджером, такой батарейкой, которая в свободное от эффективного менеджмента время риали любит кофе в кофейнях (кто-нибудь способен прояснить мне разницу между кофеином, кофебином, кофеманией, костакофе и старбаксом?), пользует макбук, ходит на пикник афиши, фотографируется на 5д, чтобы выложить в фейсбук и транслировать в жж и тумблер. начать ходить в фитнес, сбросить пару кило, научиться жрать бездрожжевой хлеб с видом "так и надо", полюбить что-нибудь экзотическое и очень европейское, например, лакричные конфеты. о, чуть не забыла! тащиться от американ аппарель и тимберлендов (мне они, кстати, уже нравятся). и это еще, как его. забыла.

а потом лет через десять-пятнадцать, когда станешь подтянутой жесткой профессионалкой с абсолютно стеклянными глазами, выключить навсегда этот режим и вернуться сюда. в тридевятую эту весну.

похоже, что я не готова расстаться со своей высокой духовностью, даже странно. ведь люди с ней выглядят в обществе неуместно, неуклюже и очень нелепо, правда. то ли дело *тут следуют имена пары новых знакомых*, которые прекрасно выглядят, прекрасно держатся, прекрасно умеют работать, прекрасно находят общий язык с кем угодно. но при этом собственного языка, кажется, не имеют вовсе.

сложно.

еще хочу процитировать, почти безотносительно.

"СУДЬЯ. А вообще какая ваша специальность?
И.Б. Поэт. Поэт-переводчик
СУДЬЯ. А кто признал, что вы поэт? Кто причислил вас к поэтам?
И.Б. Никто. (Без вызова) А кто причислил меня к роду человеческому?
СУДЬЯ. А вы учились этому?
И.Б. Чему?
СУДЬЯ. Чтобы быть поэтом. Не пытались кончить вуз, где готовят, где учат?
И.Б. Я не думал, что это дается образованием.
СУДЬЯ. А чем же?
И.Б. Я думаю, это ... (растерянно) ... от Бога..."
povsednevno: (jane)
и вот еще что. чтобы узнать, что человек на самом деле значит для тебя (а ты для него), похоже, нужно много времени провести вдали друг от друга. воротиться сюда через двадцать лет, отыскать в песке босиком свой след. и сидеть потом у воды, долго приходить в себя, - когда выяснится, что да, это действительно все было не просто так, а вот теперь прошло.

Profile

povsednevno: (Default)
la jamais contente

March 2017

S M T W T F S
   1234
56 78910 11
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 24th, 2017 12:09 pm
Powered by Dreamwidth Studios